Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
11:45 

Черное племя

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: Арен, Кайлин, Энджи, Феофил
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Романтика, Ангст, Драма, Фэнтези, Экшн (action), Даркфик, Омегаверс
Предупреждения: BDSM, Смерть персонажа, Насилие, Изнасилование, Групповой секс, Кинк, Мужская беременность, Секс с использованием посторонних предметов
Размер: Макси, 101 страница
Кол-во частей: 35
Статус: закончен

Описание:
Михаэль поднялся с трона, глядя на мускулистого, гордого оборотня, который даже бровью не повел, зная что сейчас случится. В глубине души вождь уважал Арена, но это не мешало ему выполнить свой Долг. Но не успел Михаэль вытащить кинжал из ножен, как к нему кинулся Кайлин, любимый сын, и что-то стал яростно шептать на ухо. Вождь отошел в сторону.
- Ты понимаешь, на что обрекаешь себя? - Михаэль провел рукой по белоснежным волосам сына, которому лишь недавно исполнилось семнадцать.

Часть 1. Битва читать дальше

@темы: ориджиналы, черное племя

URL
Комментарии
2013-11-13 в 12:05 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 25. Взросление

Когда Арен зашел в шатер к Феофилу и Энджи, оба были уже одеты. Лекарь возился с травами, а Энджи вырезал очередную фигурку. Супруги о чем-то беседовали, и о прошедшем конфликте напоминали только разбитые губы омеги, на что обратил внимание Арен.
- Я могу поздравить молодую чету с окончанием медового месяца? - вождь зашел, не церемонясь и сел между ними.
- Что еще услышишь от начинающего вдовца, - Энджи, не отвлекаясь, продолжал вырезать фигурку.
- Еще раз такое скажешь, и вдовцом станет Феофил, - Арен гневно сверкнул глазами в сторону омеги, который был спокоен, как дохлый лев.
- Ты последний человек, которого следует бояться в нашем племени. И если бы не твоя феноменальная схожесть с Беоном, я бы решил, что тебя нагуляли... - Энджи поднял глаза на вождя и мило улыбнулся. Арен тут же вспыхнул и, глядя на насторожившегося Феофила, гневно произнес.
- Ты мало его бил, надо еще...
- Знаешь, Арен, - лекарь поднялся и поставил шкатулку с травами на место, - Памятуя о твоем опыте семейной жизни, мало найдется дураков, кто будет слушать твои советы.
- Спасибо, - вождь скривился и отвел глаза в сторону.
- Пожалуйста, - Феофил вернулся на место, - А ты чего зашел-то? По делу или как всегда?
- В этом шатре уважение ко мне, вижу, потеряно, - Арен смотрел на супругов, которые каждый занимался своим делом, не испытывая особенного трепета к вождю.
- Скажу тебе по секрету, - Энджи отложил готовую фигурку и взял новый брусочек, - В любом другом шатре к тебе отнесутся также, как и здесь. И вообще, если бы я родился альфой, то давно бы попытался тебя потеснить. Ты не вождь, а посмешище.
Арен почувствовал, как его спина покрывается холодным потом. Слышать такое было ужасно... Альфа уже не злился на Энджи, понимая, что омега редко позволял себе говорить столь жуткие и опасные вещи, лишь тогда, когда уже нельзя было молчать. Плохой признак.
- И что мне делать? - невольно вырвалось у Арена.
- Ты у меня спрашиваешь? - Энджи хмыкнул, - Ну во-первых, соберись, наконец. Хватит ходить по лесу и плакать. Или что ты там делаешь? - Энджи показал неприличный жест, имитирующий мастурбацию, - Во-вторых, научись думать. Выключи эмоции. А то такими темпами мы все уверенно катимся вниз. В-третьих, засунь свое самомнение туда, где побывал кулак моего мужа при весьма драматичных обстоятельствах зачатия твоих несчастных детей.
- Почему несчастных? - на автомате спросил Арен, хотя, кажется, и сам знал ответ на этот вопрос.
- Потому что ты их отец. Неужели не ясно?
- Ясно... - вождь встал и прошелся по шатру, - Я понимаю, глупо звучит... Но мне больше не с кем посоветоваться, как с вами. Я не хочу, чтобы Кайлин умер. Я люблю его...
- Вовремя, - Феофил внимательно смотрел на осунувшегося вождя, - Он проклял себя, это нужно идти к шаману. И не к черному, не к нашему. А к белому или красному, какой там в их племени?
- Красный, - выдавил из себя Арен.
- Красный... - эхом повторил Феофил, - вот только представь на секунду реакцию Михаэля и его сыновей-альф, когда они узнают цель твоего визита. Что ты им скажешь? Здравствуйте, дорогой тесть, я унижал и насиловал вашего сына, который находился в положении, и очень преуспел в этом. В итоге он попытался покончить с собой, узнав, что я планировал его убить со своим любовником, а когда я всё-таки успел его оттащить от пропасти, в которую он хотел прыгнуть, Кайлин проклял себя вместе с будущим потомством, поэтому когда волчата родятся, он умрет. Вы не знаете, что можно сделать при такой ситуации?
- Нет, ну волчат он не проклял, хотя, - Энджи задумался, - Он начал это делать, когда мы прибежали.
Арен кусал губы, понимая, что это тупик. Между тем Феофил продолжил.
- Как ты думаешь, что тебе ответит Михаэль?
- Убьет меня. Будет долго пытать и убьет, - вождь кусал губы.
- Значит, этот план не подходит, - Феофил пожал плечами.
- Нет, - Арен посмотрел на лекаря, - Подходит. Я поеду к нему...
- Зачем?
- Я не хочу, чтобы Кайлин умер, - Арен опустил глаза, - А если я умру, ничего. Всё равно он разлюбил меня. Никому не будет больно.
- Ты что, серьезно? - Феофил и Энджи уставились на вождя, - А кто будет управлять племенем, если ты погибнешь? - лекарь недовольно покачал головой.
- Ты... - вождь пожал плечами, - Тебя уважают, ты умный, сильный, опытный, честный. И Энджи умный. А Михаэль, если убьет меня, войну не начнет по новой, потому что Кайлин беременный от меня, представителя Черного племени.
- А если твоя жертва окажется напрасной? - Феофил уже с тоской смотрел на вождя, отмечая про себя, что, в общем, Арен не безнадежен, - Если Кайлин умрет?
- Нет... Он хочет умереть, чтобы исправить ошибку - брак со мной. А если меня не будет, то не будет и этой ошибки, да и мстить будет некому...
- Хороший план, - Энджи поднялся и начал ходить, размышляя, - Я сейчас отброшу эмоции, просто предупреждаю, чтобы ты, Арен, не думал, что я хочу твоей смерти. Есть недостаток у этого плана... Кайлин еще не насладился местью. Пока ты не начнешь, извини, землю жрать, пока не пройдешь всё до конца, даже не думай. В твоем случае умереть недостаточно. Если только, конечно, тебя не будут больно пытать на глазах у Кайлина, да и то... Еще прошло мало времени, он должен хоть немного успокоиться.
- Знаешь, а я сегодня видел, как он улыбнулся, когда собирал цветы, - Арен и сам не заметил, как заулыбался сам, вспоминая об этом, - Он не знал, что его кто-то видит... Но это было совсем недолго. Он оттаивает.
- То есть, тебе не терпится съездить к Михаэлю, - Энджи вздохнул.
- Да... Я не могу думать о том, что он умрет. Я не могу, - Арен развел руками.
Феофил и Энджи переглянулись.
- Арен, подожди, - лекарь откашлялся, понимая, что вождь настроен серьезно, - Кайлин находится на четвертом месяце. То есть у нас есть еще семь месяцев, чтобы придумать альтернативный вариант. Может, нам удастся его уговорить, ну или... Мало ли, что может еще произойти? Съездить к Михаэлю ты успеешь.
- Ну что мы можем придумать? - Арен сел напротив лекаря.
- Еще не знаю, но если ничего не поменяется, то да, поедешь в Белое племя в ноябре, покаешься. А пока что... Особенно если тебе придется покинуть нас, наведи порядок у себя. Ты хоть знаешь, чем тут оборотни заняты?
- Чем?
- Чем... - Феофил ухмыльнулся, - Берут с тебя пример, изводят своих беременных омежек.
- Кто? - Арен пропустил колкость мимо ушей.
- Да есть тут один, я уже второй раз за две недели хожу к его беременному Рональду, у которого восьмой месяц, а его благоверный избивает до синяков.
- А как зовут этого альфу?
- Ты не знаешь... - Феофил вздохнул, - Арен, интересуйся племенем, хотя бы иногда! Хоть чуть-чуть. Тебе не стыдно? Сехелис он. Живет с южной стороны от стены. Он сегодня снова избил Рональда, да так, что тот потерял сознание. А у него двое волчат в животе.
- Зачем он его бьет? - Арен внимательно слушал лекаря, размышляя, как быть с Сехелисом.
- А зачем ты Кайлина бил? - Феофил с издевкой посмотрел на вождя.
- А ты зачем Энджи?
- Неужели в этот благословенный миг вы оба поймете, какие вы уроды? - омега почти с нежностью улыбнулся обоим альфам.
- Так, младшим тут слова не давали, - Феофил обхватил за талию Энджи и повалил на постель, целуя, - Твое место в койке.
- Если место таких, как я, будет только в койке, наше племя пойдет по миру просить подаяние и убежище, - Энджи укусил мужа за губу, хихикая.
- И за что я только тебя терплю... - Феофил тут же переключился на Энджи, целуя его за шею.
- Ну, я пошел, - Арен недовольно вздохнул и направился к выходу из шатра.
- Ага, иди, займись делом, - крикнул вслед Энджи, и в ту же секунду Феофил запечатал его губы страстным поцелуем.

URL
2013-11-13 в 12:05 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 26. Фигурки

Шли дни. Энджи часто общался с Кайлином, пытаясь понять, настроен ли младший вождь прощать своего супруга. Но тот не хотел касаться этой темы, поэтому омеги обсуждали всё подряд, избегая чересчур личного. Однажды Энджи пришел к Кайлину с предложением посетить могилу Вильгельма, которого, как самоубийцу, похоронили отдельно, за лесом.
- Зачем? - младший вождь сидел на расшитой подушке в шатре и плел венок.
- К нему никто не ходит... - Энджи пожал плечами.
- А родители? А Арен?
- Нет, никто. Они все на него... Как сказать... Обиделись, что ли. Особенно родители, что он их покинул, покончил с собой, не подумав о них. Арен, конечно, не сказал, что Вильгельм был замешан в конфликте с тобой, но все догадываются об этом и его осуждают, - мальчишка взял из рук Кайлина сплетенный им венок и надел себе на голову, - Мне хорошо в нем?
- Да, - младший вождь поднялся, - Не снимай, я себе еще один сплету.
- Прекрасно, а то у меня это плохо получается, - Энджи радостно выскочил из шатра, - Подожди минуту, я покажусь Феофилу и вернусь.
Кайлин молча кивнул и с горечью сжал губы. Он опять вспомнил про Арена. Ну почему он не может показаться в венке своему мужу, похвастаться? Как бы Кайлин хотел наряжаться перед своим альфой, красиво заплетать волосы... Только Арену это не нужно. Ему нужно было убить собственного мужа! Хотелось заплакать, но Кайлин не мог, хотя и чувствовал, что от этого ему бы стало хоть немного легче.
Вернулся зеленоглазый оборотень быстро, держа в руках мешок с чем-то.
- Что это? - Кайлин поравнялся с другом и оба направились сквозь лес.
- Цветы, кусты. Там ничего не посадили, давай мы посадим. Кстати, это прекрасные розы, алые. Я такие очень люблю, - омеги и не заметили, как дошли до одинокой могилы. Энджи тут же достал из мешка черенки и луковицы, небольшое ведро, лопатку и начал сажать. Кайлин сел рядом, наблюдая и думая об Арене, о Вильгельме, как он хотел убить его... И вот он, лежит под слоем земли. Младший вождь почему-то никогда на него не злился.
Какое-то время омеги молчали, пока младший вождь вдруг не произнес.
- А в следующую весну ты на мою могилу будешь сажать цветы...
Энджи отвлекся и посмотрел на Кайлина.
- Ты можешь всё исправить, еще не поздно.
- Я не хочу. Хотя... Энджи, я только тебе могу сказать это, - мальчишка опустил голову, - Как же мне тяжело нести на себе это проклятие... И дело даже не в том, что я умру. Я ведь понимаю, что мое желание смерти имеет два источника - отчаяние и желание отомстить Арену. Но я мщу, и почему-то легче не становится.
Энджи подошел к Кайлину и обнял его.
- Ты ведь его любишь до сих пор, да?
- Да, - люблю, - младший вождь, наконец, впервые за последние недели, заплакал, - И от этого мне больно. Он подонок, сволочь, но я думаю о нем днем и ночью, я ненавижу его и не перестаю любить. Что же мне делать?
- Попытайся простить его, тебе станет легче, ты сбросишь с себя груз, - Энджи гладил по волосам плачущего Кайлина, стараясь успокоить.
- Не могу простить, не могу. Я в ловушке, мне остается только умереть, я не знаю, что делать.
- Арен раскаивается, я сам видел, он места себе не находит...
- А где он раньше был? Где? - Кайлин поднял заплаканное лицо, внутри всё снова горело от боли, - Я не могу быть с ним вместе, это смешно и унизительно. Он так долго отгонял меня от себя. Не хочу. И я не верю. Он приходил ко мне, мы разговаривали, целовались, а он держал камень за пазухой! И сейчас, он только делает вид, что я ему нужен. А сам только и ждет, чтобы надо мной посмеяться, отомстить, унизить...
- Нет, Арен хочет ехать к твоему отцу...
- Зачем? - Кайлин от удивления даже перестал плакать.
- Чтобы ваш шаман снял с тебя проклятие. Он не хочет, чтобы ты умер, он любит тебя, - Энджи продолжал поглаживать друга по спине, - И готов рассказать всё твоему отцу.
- Его же убьют.
- Он готов к этому, - Энджи пожал плечами.
Младший вождь задумался.
- То есть Арен готов рассказать моему отцу как он со мной обращался, лишь бы снять с меня проклятие?
- Да, готов... - Энджи снова вернулся к розам.
- Странно, я не верю. Он слишком мелочный и мстительный. Он не способен на поступок, - Кайлин поднялся и провел рукой по животу, - Смотри, волчата растут.
- Да, замечательно, - Энджи грустно улыбнулся и вернулся к работе.
- Извини...
- За что? Всё нормально, Кайлин.
- Феофил смирился с твоим бесплодием? - омега сел обратно и начал плести венок.
- Нет... - Энджи, наконец, закончил и сел напротив, - И, что ужасно, кажется, так и не смирится. Постоянно рассказывает мне про беременного Рональда, которого избивает муж, сетует, как можно так обращаться с омегой, который в положении. Он даже не замечает, что постоянно говорит об этом. Смотрит на беременных, на маленьких волчат, которые бегают между шатрами, играют. Но мне он ничего не говорит. Не хочет обижать, - мальчишка тяжело вздохнул, - Он не понимает, что я всё вижу. И не знает, что мне хочется на стену лезть от всего этого.
Кайлин внимательно слушал омегу, искренне сочувствуя, но не зная, как тут можно помочь.
- А недавно он начал меня чем-то поить. Под разными предлогами, то называет эти зелья лекарством от простуды, то просто напитком. У меня от них всё в животе скручивает, - Энджи вздохнул, - Я не выдержал и сказал ему об этом. Он только отвел глаза, а я знаю, что всё бесполезно, понимаешь?! - Энджи замолчал и прошелся по опушке, - На днях начнется течка, на которую Феофил возлагает надежды. Глупец! Эгоист! Ведь потом же больнее будет...
- А ты сам как относишься к тому, что у тебя не может быть волчат? - Кайлин спросил почти шепотом, боясь, что этим вопросом как-то заденет друга.
- Как... - Энджи достал из внутреннего кармана несколько маленьких деревянных фигурок в виде эмбриона и показал омеге, - Колдую. Вырезаю их, совершаю ритуалы, каждое утро, пока муж не видит. Тайком, потому что нельзя, чтобы альфа знал об этом... Стараюсь. И не только ради Феофила. Ради себя. Я бы очень хотел быть отцом, только я старался раньше об этом не думать, да и знаешь... Если я только об этом вслух скажу, всё племя смеяться будет! Шлюха да хочет детей. Никто мне не поверит, даже муж. Посчитают лицемером, - Энджи убрал фигурки обратно.
- Глупости, перестань... Ты не шлюха, - Кайлин покачал головой.
- Да, для тебя, - омега ухмыльнулся, - Ты не слышал, что говорят мужу обо мне? Что он на старости лет умом тронулся! Ведь никто никогда мне не предлагал вступить в брак. Интимной близости хотели, а в брак нет. Да и толку с меня, мало того, что репутация растоптана, да еще и бесплоден. И слишком самоуверен для омеги. А тут...
- Но ты всё-таки в браке, ты смог это сделать, - Кайлин чуть улыбнулся, - И, может, боги услышат тебя...
- Тогда хоть одна фигурка поменяет цвет... Только этого не случится.
- Но ты всё равно это делаешь, колдуешь, - омега сел рядом с Энджи.
- Я запутался... Что-то мне подсказывает, что я должен просить богов, уповать на чудо, но в реальности я не смогу забеременеть. И мне страшно подумать, как отреагирует Феофил, когда узнает, что ничего не получилось.
- А когда фигурки должны перекраситься?
- Когда пройдет течка. Если внутри меня зародится жизнь, то какая-либо из фигурок станет абсолютно белой, - Энджи снова достал одну из фигурок и стал рассматривать, - Они не перекрасятся, Кайлин... Но я должен знать, что я сделал всё, что было в моих силах.

URL
2013-11-13 в 12:06 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 27. Весна

Когда у Энджи начиналась течка, он менялся до неузнаваемости. Сам омега считал это каким-то проклятием. И если и в обычные дни он искал постоянно каких-то контактов, то в эти пять-семь дней в иные времена он просил папу привязывать его посреди леса к дереву, причем подальше от селения, искренне надеясь, что его не найдут.
Сейчас мальчишка искренне радовался, что может на вполне законных основаниях удовлетворить свою похоть и страсть, которая, как он чувствовал, начала разгораться со страшной силой. Энджи ходил по шатру и тихо постанывал, не решаясь выйти. Хотелось грызть стены, кататься. Он кусал пальцы, потом, не выдержав, сел на колени, приспустил белье и начал ублажать себя рукой, уже не заботясь, что кто-то может зайти и увидеть это. Энджи чувствовал, как его запах становится всё сильнее и молился, чтобы Феофил зашел сюда раньше, чем какой-нибудь другой альфа. Его метка разгоралась и жгла, парень кусал губы. Омеге повезло. Лекарь зашел в шатер за какими-то травами и тут же замер, ощущая в воздухе такой желанный запах своего течного омеги.
- Ты уже, малыш, - Феофил возбудился сразу, моментально оказавшись возле своего мужа и вытаскивая налившийся кровью член. Энджи облизнул губы, глядя на столь желанный орган и, продолжая себя ублажать, взял его в рот, тут же начав старательно отсасывать, заглатывая как можно глубже. Мальчишка прикрыл глаза, делая это с такой страстью и похотью, что лекарь в очередной раз отметил про себя, что никогда не видел омегу, который так любит секс. А Энджи брал глубоко, до самого горла, при этом на его лице было написано такое наслаждение от процесса, что лекарь остановил мальчишку и жадно начал целовать, разворачивая бедрами к себе.
- Ты самый распутный омега, которого я только видел. Настоящая шлюха, - лекарь это выдохнул, дурея от возбуждения, но почему-то сейчас эти эпитеты не были оскорбительны и Энджи вовсе не обижался. Наоборот, он выгнулся и вульгарно вильнул задом, как бы подтверждая слова мужа. Тот не стал себя долго упрашивать и с глухим рычанием ворвался в мальчишку.
- Не жалей меня, Феофил... - тело Энджи требовало грубого секса, и альфа это чувствовал. Он обхватил парня за грудь и стал резко вращать бедрами, стараясь войти полностью, отчего омега сладострастно и громко кричал, кусая губы от боли и наслаждения.
- Я тебе нравлюсь, малыш? - Феофил вцепился зубами в плечо мальчишке, чувствуя, что, наконец, член вошел полностью.
- Да, только ты... - Энджи был близок к оргазму, он вообще мог кончать по нескольку раз и сейчас, ощутив огромный орган мужа внутри себя полностью, он сжал колечко, чувствуя, как волна наслаждения накрывает его. Феофил был счастлив, видя, какое удовольствие он может дарить такой бывалой шлюхе, как Энджи и чувствовал себя на пике удовольствия. Перевернув мальчишку на спину, он стянул с него одежду и вошел снова, покрывая влажными поцелуями его лицо. Казалось, Энджи был создан для секса. Омега обвил руками шею партнера и повалил его на спину, усевшись сверху и вращая бедрами, насаживаясь на член. Феофил смотрел на раскрасневшиеся губки мужа, на его зарумянившиеся щеки и этот похотливый взгляд, который погасить было просто невозможно.
Пять дней парочка не выходила из шатра. И если Феофил под конец начал уставать, то Энджи был ненасытен, и альфа, понимая, что его благоверный абсолютно неконтролируемый, просто не отходил от него, с трудом удовлетворяя юного мужа. А по-хорошему, как с горечью понимал альфа, мальчишке нужно было бы двух самцов, а то и трех. Растрепанный, с искусанными губами, в засосах, оттраханный во все дыры, он всё равно был настолько привлекателен и ненасытен, что альфа и сам не выпускал его из объятий.
Кайлин в это время был предоставлен самому себе. Ему периодически становилось то лучше морально, то хуже, но его замкнутость ничто не могло побороть. Неоднократно, выходя из шатра, мальчишка видел Арена, который, если понимал, что его заметили, стремился скрыться.
Однажды вождь всё-таки решился подойти. Он не был уверен, что муж согласится с ним общаться, альфа в последнее время воспринимал Кайлина как бабочку с хрупкими крылышками, на которую даже дышать нельзя было. Но он решился. Это было на опушке, недалеко от того места, где покончил с собой Вильгельм. Арен подошел к мужу, пряча глаза, не зная, как заговорить. Поэтому начал Кайлин.
- Ты по какому-то делу?
- Да, наверно так... - Арен смотрел в сторону, не решаясь поднять взгляд на мужа, - Я предлагаю поехать к Михаэлю. Там в племени шаман, он поможет тебе снять проклятие.
- Я не хочу его снимать, - омега пожал плечами, - Занимайся своим делом.
- Тогда я поеду один.
- Когда? - омега чувствовал, как по телу пробегает холодок.
- Я собираюсь сейчас...
- А почему сейчас?
- Если шаман не сможет это сделать сразу, чтобы оставалось еще время. Да и для волчат будет лучше, если проклятие исчезнет как можно раньше, - Арен пожал плечами, промолчав о том, что он не видит никакого смысла жить дальше и что не может избавиться от отчаяния и стыда, - Только перед тем, как я уеду, прими у меня мою силу. Не думаю, что она мне понадобится. А она через тебя перейдет к волчатам, - Арен взял мужа за руку, а второй начал обматывать оберег, - Это сила альфы. При обращении в волка любой, кто имеет эту силу, становится практически непобедимым.
- Я не приму ее, - Кайлин выдернул руку, уставившись на мужа.
- Тогда эта сила пропадет...
- Пусть, - омега только усмехнулся, - Мои братья поделятся силой. От тебя мне ничего не нужно.
- Да, - Арен наклонил голову, чувствуя как его голос стал совсем тихим, - Я понимаю. Прости меня.
Вождь глянул на Кайлина, стараясь скрыть отчаяние, и поплелся из лесу. Но не в сторону селения. Омега понимал, что попав в Белое племя и рассказав всё как есть, он обратно уже не вернется. Михаэль не простит его. Кайлин смотрел на широкоплечую, чуть сгорбленную, удаляющуюся фигуру и понимал, что без Арена жизнь для него потеряет всякий смысл. Разлука с Ареном, пускай и ненавистным, была выше его сил. Мальчишка и не заметил, как ноги сами несли его к мужу. Не помня себя, он обнял его сзади за грудь, уткнулся лицом между лопаток, в его широкую могучую спину и расплакался. Вождь замер, боясь пошевелиться, затем медленно повернулся к мальчишке и аккуратно его обнял, чувствуя, что руки его дрожат.
- Ну ты чего? Ну чего? - вождь задыхался от собственных слез, которые предательски набегали на глаза, - Кайлин...
- Если ты умрешь, я спрыгну с этого обрыва, мне не нужна жизнь без тебя. Я не выдержу, я не смогу, - мальчишка посмотрел на Арена, - Сколько боли ты мне принес, и всё равно. Ну почему я не могу разлюбить тебя? Почему? - омега качал головой.
Вождь всхлипывал, не в состоянии найти какой-нибудь ответ на этот вопрос.
- Кайлин, я стану другим, обещаю. Я больше не предам тебя, не обижу, - Арен прижимал к себе мужа, боясь отпустить, - Я был ужасен, но я понял это. И я всё равно сам себя никогда не прощу за то, что я делал, - вождь говорил вполне искренне. Вот только он не знал, что будет, когда Кайлин успокоится. А вдруг он снова его оттолкнет? Арен опустился на колени, уткнувшись в ноги мальчишке, - Прости меня, любимый, пожалуйста... Прости...
Казалось, он повторял это до бесконечности. Кайлин опустился на колени рядом с мужем и молча его обнял, чувствуя, как на душе стало легче.

URL
2013-11-13 в 12:06 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 28. Гнев богов

После окончания течки, когда, наконец, способность думать и воспринимать вернулась, потеснив основные инстинкты, Энджи и Феофил с удивлением обнаружили вождей в обществе друг друга. Лекарь даже напрягся, видя, как Арен нежно целует в щеку Кайлина, но вскоре стало ясно, что омега рад этому.
- Неужели вы помирились? - Феофил с недоверием поглядывал на младшего вождя, с тревогой ища нотки безумия в его глазах, - Кайлин, с тобой всё хорошо?
- Да, я сам захотел... Я простил Арена, - мальчишка как будто виновато улыбнулся, а лекарь перевел взгляд на альфу, который по-прежнему сохранял сдержанность и даже некоторую робость.
- Так это прекрасно! - атмосферу некоторого напряжения постарался снять Энджи. Омега подошел к Кайлину и начал поглаживать ему растущий живот, улыбаясь, - Ну вот, теперь волчата не останутся сиротами.
Однако вожди по-прежнему оставались хмурыми.
- Рано радоваться, - Арен прикусил губу, - Мы не знаем, как снять проклятие.
- Так же как Кайлин его и накладывал. Нужно прочитать обратный заговор на том же месте... - Энджи хотел продолжить, но вождь отодвинул ворот рубашки мужа и продемонстрировал небольшое черное пятно на плече, возле самой шеи, - Это появилось, когда мы попытались снять проклятие...
- Ты знаешь, что это? - лекарь с тревогой посмотрел на мужа. Такие вещи выходили за пределы его компетенции.
- Кажется, знаю, - Энджи, не отрываясь, рассматривал пятно. Он понял, что случилось, - Метка. Она возникает, когда боги решают наказать оборотня. Нельзя проклинать себя беременным. Кайлин ведь еще и волчат пытался убить... Боги разгневались, и, когда вы попытались исправить свою ошибку, они указали перстом на этот грех, поставив метку смерти.
- И что делать?! - Арен, не отрываясь, смотрел на Энджи, надеясь, что он найдет хоть какое-нибудь лекарство.
- Я не знаю... Вымаливайте прощение. Оба.
- А что будет, если не вымолим? - вождь обнял мужа, как будто он мог потерять его прямо сейчас.
- Кайлин умрет, как только волчата появятся на свет. Как и загадывал.
Воцарилось молчание. Арен смотрел под ноги, всё больше хмурясь, Кайлин же отводил глаза в сторону, чувствуя нарастающую тревогу.
- А если сходить к шаману?
- Сходите, конечно, но он, думаю, лишь скажет, как лучше молиться. Ваше проклятие не снять третьему лицу, - омега говорил медленно, пытаясь подбирать слова как можно точнее, - Это личное дело между Кайлином и богами, особенно, учитывая тот факт, что Кайлин - вождь, и сам наделен магической силой. Он оскорбил богов своим проклятием, и они в гневе, - Энджи вздохнул, - Но обязательно сходите к черному шаману, может, он что-то еще посоветует.
- А что посоветуешь ты? - Арен совсем погрустнел.
- Я бы на месте Кайлина не просил бы спасения, а, приняв наказание, жил бы спокойно и достойно, являя собой образец для подражания и готовясь к переходу в иной мир, - Энджи вздохнул, - Теперь что касается тебя, Арен. Ты очень виноват, что Кайлин себя проклял, и теперь, когда вы помирились, боги наказывают тебя возможностью его смерти, а, может быть, и самой смертью. Сам знаешь, мертвым не больно, а вот живым, которые теряют близких, очень даже. А еще ты виноват перед Вильгельмом. Хотя он и сам, конечно, грешен, но ты его не остановил, наоборот, только помогал делать подлости. А потом бросил, доведя до полного отчаяния.
- Я знаю, что виноват, - Арен нахмурился, - Мне не хочется об этом вспоминать...
- Ты забыл про Вильгельма, все забыли, а боги помнят. Боги всё помнят, каждую мелочь. Это не Кайлина они наказывают, думаю, а тебя. И будут это делать так долго, пока ты не поймешь все и не изменишься.
- Ох, Энджи, может, тебя шаманом сделать? Вот откуда ты всё знаешь?
- Не веришь мне?
- Верю... - вождь стоял мрачный и очень внимательно смотрел на бывшего любовника, - Так что мне делать?
- Научись сносить удары судьбы. Может, тебе нужно принять это наказание, кто знает? - Энджи пожал плечами, - Ты в последние полгода вел себя как омега на поздних сроках беременности, какой из тебя вождь? Так, истеричка.
- Я понял, что я... понял, - Арен откашлялся. Альфа ненавидел критику, но сейчас выбирать не приходилось. На кону стояла жизнь Кайлина.
- Сходите в любом случае еще к шаману, может, существует иной путь...
Оба вождя кивнули и направились восвояси.
- Как ужасно... Интересно, простят ли их боги, - Феофил смотрел вслед супругам, приобнимая Энджи.
- Кто знает. Всё может быть, - омега положил голову на плечо лекарю, размышляя о метке. Но альфа думал уже о чем-то своем.
- Может, они над нами смилостивятся и дадут волчонка...
Энджи только прикрыл глаза. Еще утром он просматривал фигурки, но ни одна из них не поменяла свой цвет. И если завтра к утру ничего не изменится, то и ждать больше нечего. Мальчишка поднял голову и посмотрел на мужа.
- А если ничего не получилось, тогда что?
- Даже думать не хочу об этом.

URL
2013-11-13 в 12:07 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 29. Разочарование

Шаман не сообщил Арену и Кайлину ничего утешающего, повторив только то, что накануне рассказал Энджи, но со своими поправками. Ждать, молиться, готовиться к смерти.
Вождь молчал. Он даже не касался Кайлина, чувствуя себя настоящим убийцей. Только теперь он убивал любимого человека своими собственными руками. Омега видел, как мрачен муж, поэтому пытался его отвлечь: обнимал его за шею, целовал, но тот лишь мотал головой и отходил в сторону, шепча.
- Я не могу, я не достоин тебя касаться...
- Арен, - мальчишка взял за руку альфу, не желая отходить от него, - Если я умру через несколько месяцев, то позволь, чтобы они были для меня счастливыми, пожалуйста.
- Да... - вождь и не думал об этом с такой точки зрения. А теперь... И как не был он противен сам себе, как не мучила Арена совесть, расстраивать своего беременного угасающего мужа не хотелось. Альфа обнял мальчишку, нежно целуя в губы.
- Ты хочешь меня? - Кайлин с легкой улыбкой посмотрел на мужа.
- Я не знаю... - альфа еще помнил неудачный опыт своих домогательств, поэтому старался быть сдержанным. Однако на предложение мальчишки член отреагировал молниеносно, тут же налившись кровью.
- Не бойся, я сейчас адекватен, - Кайлин нежно прижался к мужу, - Только я боюсь немного. Я ведь никогда это не делал... Нормально. Вдруг я сделаю как-то неправильно?
- Ты не можешь ничего сделать неправильно, - Арену стало по-настоящему стыдно. Это до какого же абсурда надо было довести ситуацию, что беременный муж не знает, что делать в постели? Альфа отвел глаза, вспоминая, какими болезненными и жестокими были все их контакты. И Кайлин еще сохранил веру в то, что ему сможет доставить удовольствие такой подонок, как Арен! Вождь поглаживал по спине мальчишку, стараясь быть как можно более нежным, - Я постараюсь, чтобы тебе было хорошо. Пойдем в крепость?
- Да... - Кайлин улыбнулся, но немного поежился, вспоминая, что в этих каменных стенах он испытывал одни только мучения.
В комнате Арена омега начал раздеваться, поглядывая на мужа, но, когда вождь, сбросив с себя одежду, подошел к мальчишке, тот вдруг прыгнул на постель и сжался, натягивая на себя покрывало и держась за живот. В его фиолетовых глазах был явный испуг. Арен замер на месте, обратив внимание, что Кайлин поглядывает на возбужденный член мужа.
- Ты что, милый, не бойся меня...
- Не могу.
Арен сделал шаг вперед, на что Кайлин сжался еще больше и, спрятав лицо в простынь, глухо заплакал. Омега был в жуткой панике. Он старался победить нарастающий ужас, но, стоило ему глянуть на возбужденного Арена, как тело покрывалось холодным потом. Как будто член альфы был создан не для любви, а для пыток.
- Я боюсь боли, прости, я не могу. Ты сделаешь больно, - мальчишка крупно дрожал, как в лихорадке, а Арен стоял, не зная, что делать. Было тошно от самого себя. Наконец, альфа быстро оделся, чтобы не смущать Кайлина.
- Я не сделаю тебе больно, ничего не случится, успокойся.
Мальчишка повернул заплаканное лицо к Арену и, увидев, что он уже одет, немного расслабился.
- Милый, прости, - омега смотрел вниз, боясь поднять глаза на мужа, - Но когда ты без одежды, возбужден, я боюсь тебя. Я хотел, чтобы ты получил удовольствие, но я не могу тебе его доставить. Но я хотел!
- Не вини себя, родной. Это нормальная реакция, любой бы на твоем месте меня боялся, - вождь стоял на том же месте, не решаясь даже присесть на постель.
- Мне кажется, что как только ты начнешь делать это, мне будет очень больно. Как всегда. И я заранее боюсь боли, - мальчишка сел на кровать, - Наверно, мне тоже надо одеться...
- Нет, погоди... - альфа медленно приблизился к Кайлину, - Ты сейчас меня не боишься?
- Нет, я же не вижу твоего органа.
- Хорошо. Я не буду раздеваться, а мы чуть-чуть полежим. Идет? - альфа робко посмотрел на мужа.
- Да, так не страшно, - Кайлин лег на кровать, обняв мужа, - Так мне лучше.
- Я тебя немного буду трогать рукой, если будет неприятно или страшно, скажи.
- Хорошо.
Арен навис над мальчишкой, целуя в губы. Сначала нежно, потом более страстно. Кайлин отвечал, но пока что не чувствовал возбуждения, однако альфа не спешил. Он водил рукой по груди, животу, опускаясь ниже, но еще не касаясь бедер, чтобы не испугать. Вскоре мальчишка мурлыкнул, обвив руками шею партнера. По воздуху стал распространяться чуть заметный сладковатый запах возбужденного омеги. Арен был доволен, теперь он бесцеремонно провел пальцами между ягодиц, останавливаясь на узенькой дырочке. Кайлин тут же распахнул глаза, уставившись на мужа, но Арен шепнул:
- Я сказал, что останусь в одежде, не бойся, я туда свой орган вводить не буду, обещаю...
Мальчик прикрыл глаза, снова расслабляясь. Между тем пальцы Арена уверенно проникли внутрь, лаская колечко и надавливая на стенки. Кайлину это нравилось, он чуть приподнял ноги и снова застонал. Арен в ответ продолжил, целуя в губы мальчишку и чувствуя, что член уже ломит от боли. Но достать его или даже запустить туда руку он не мог. А вдруг Кайлин откроет глаза и увидит это? Пальцы ласкали дырочку всё настойчивей, заставляя мальчишку цепляться за простынь и выгибаться. Наконец, долгий продолжительный стон возвестил об успехе ласк Арена. Кайлин открыл глаза, влюбленно глядя на мужа, который тут же подорвался и, крикнув на ходу: "Я сейчас вернусь", вылетел из комнаты.
Арен никогда не доставлял себе удовольствие так яростно. Кончил альфа быстро и бурно, испачкав семенем стену коридора. Но даже застонать вождь себе не позволил. Когда же, наконец, он вернулся в комнату, мальчишка мирно спал, свернувшись калачиком. Арен потоптался на пороге и, набравшись смелости, лег рядом, в одежде.
В это время в шатре Энджи и Феофила шел тяжелый разговор.
- То есть, беременности всё-таки нет? - лекарь осматривал омегу, который и так знал, что чуда не произошло.
- Прости, что я тебя разочаровал... - Энджи начал одеваться, робко поглядывая на мужа, который в ответ подавленно молчал, - Я же говорил, что я бесплоден.
- Тебе это нравится, - буркнул лекарь, усевшись на кровать и не глядя на младшего мужа, - Я знаю, ты поменял возможность иметь детей на свои тайные знания и умение трахаться так, что на тебя ни одного альфы не хватит.
- Меня убили бы, оставь я беременность. Или ты осуждаешь мой выбор? - Энджи сел на подушку возле ног Феофила и посмотрел на него.
- Ты хоть чувствовал досаду, что тебе приходится лишаться волчонка?
- Я испытывал только страх, дикий страх смерти, что мне беременному перережут горло. И тогда не было бы ни волчонка, ни меня, - Энджи поднялся.
- Ты всегда убедителен. Потому что ты умный, ты умеешь заморочить голову, - Феофил фыркнул, - Может, ты и прав, но что было в плену, знаешь только ты. А я знаю, что после плена ты гулял так, что твой папа не знал, куда глаза девать, когда из шатра выходил.
- Ну и зачем ты женился на такой шлюхе, как я? Кто тебя заставлял?
Феофил лишь лег на бок спиной к мужу. Сообразив, что ответа ждать бесполезно, Энджи повернулся и вышел на улицу. Солнце садилось, и мальчишка отправился в сторону леса, желая побыть в одиночестве. На душе было тяжело. Давила безысходность от мысли, что омега никогда не сможет угодить Феофилу, как бы ни старался. Энджи думал о том, что он плохой муж, раз лекарь ему не доверяет, не верит, хотя мальчишка никогда его не обманывал. Но хуже было то, что рано или поздно эта трещина, появившаяся из-за бесплодия Энджи, разрастется. И что тогда? Феофил найдет нового, юного, не испорченного омегу, а Энджи оставит. А что дальше?
Мальчишка сел на землю, безразлично глядя на растущие вокруг травы. Вдруг несколько листочков его заинтересовали. Омега их узнал. Он не помнил точного названия, но папа рассказывал, что эта трава, если ее съесть в небольшом количестве, дарит беззаботность и эйфорию, правда, искажая окружающий мир. И если превысить дозу, то возможно отравление и смерть. Энджи никогда не пробовал ее, но теперь, казалось, наступило самое время. Мальчишка сорвал пару листочков и запихнул их в рот. Вкус был кисло-горький, но Энджи продолжил их жевать, так долго, насколько мог. Эффект наступил довольно быстро. Настроение улучшилось, и в какой-то момент Энджи перестал понимать, что же его так расстраивало. Трава оказалась очень удобной. Теперь можно было ее постоянно употреблять и ни о чем не беспокоиться. Ну, а если омега немного превысит дозу, ну и ладно. Всё равно он бесплоден. А Феофил найдет себе нового мужа.

URL
2013-11-13 в 12:07 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 30. Непонимание

Феофил довольно быстро заметил, что Энджи нет в шатре. Лекарь поднялся, прошелся, раздумывая, идти искать мужа или нет, и всё-таки решил, что лучше найти мальчишку. И хотя альфа был зол на него, но легкое беспокойство кольнуло его сердце. Феофил вышел на улицу, когда солнце почти село. Он спросил соседей, кто мог видеть мужа, и пошел к лесу. Ориентировался лекарь по запаху.Чувствовал он свою пару идеально. Альфа шел уже по темноте, пока запах омеги не стал совсем четким. Вскоре Феофил увидел Энджи. Тот, кажется, спал. Лекарь склонился над мужем и тронул за плечо. Тот молча привстал, боясь заговорить и выдать свое опьянение, хотя это было напрасным - Феофилу в голову не могло прийти заподозрить мужа в подобном.
- Энджи, пойдем домой. Ты тут простудишься, - альфа помог подняться мальчишке, чувствуя вину перед ним. Наверное, не стоило его обвинять в бесплодии, но вслух лекарь не сказал ничего. Омега встал и, не касаясь Феофила, поплелся к шатру, - Ничего, без детей будем, куда деваться.
Слова альфы прозвучали как-то сухо, но Энджи сейчас ни о чем не беспокоился. Он чувствовал во внутреннем кармане несколько собранных листочков, и поэтому всё казалось прекрасным.
- Да, без детей, - омега хмыкнул, радуясь, что теперь ему всё абсолютно всё равно. Есть дети, нет детей. Феофил покосился на мальчишку, недоумевая, что с ним происходит.
- Ты что, рад этому?
- Нет, не знаю... - омега шел по лесу, не глядя на Феофила, - Как ты скажешь, так и я буду. Хочешь, буду радоваться, хочешь, грустить.
- Да что происходит с тобой, ты помешался?! - супруги уже дошли до шатра, когда альфа развернул Энджи и внимательно начал его рассматривать. В ответ омега прижался к мужу и поцеловал в шею. Феофил не знал что думать, - Ты, наверно, расстроен.
Лекарь никак не мог понять странного поведения мужа, решив, что это шок или что-то наподобие этого.
- Да, я расстроен, мне жаль, - Энджи пожал плечами. Он ничего не чувствовал, только сонливость, - Давай ляжем, а?
- Давай, - Феофил решил отложить разговор до утра. Тем более, что, может быть, завтра у мужа это пройдет. Поведение омеги было странно. Вроде и Энджи был перед Феофилом, а как будто это и не он вовсе.
На следующий день омега проснулся в отчаянии и с жуткой головной болью и тошнотой. Лекарь с ним почти не разговаривал, только наблюдал. Наконец, видя, что Энджи плохо себя чувствует, альфа сел рядом и приобнял мальчишку.
- Я тебе сейчас что-нибудь приготовлю. Что болит?
- Ничего, - Энджи боялся назвать симптомы, не хотелось, чтобы муж узнал, что накануне он делал, - У меня всё пройдет, само.
Феофил воспринял отказ принять помощь как обиду, но спорить не стал. Ему самому было тяжело морально, скорее, хотелось всё замять, забыть.
- Энджи, давай так. Мы с тобой не будем думать больше и говорить о детях.
- Давай, - мальчишка встал и прошелся по шатру, тихонько запихнув в рот листочек, - Как скажешь, так и будет.
Энджи быстро пожевал его и сел на подушку. Единственное, что он не мог теперь делать - это вырезать фигурки. Мальчишка не знал, почему.
- Ты так быстро согласился...
- Ты мне муж, я не хочу спорить. Тем более, то, что ты предлагаешь, логично, - наркотик начинал действовать, поэтому слова вылетали из мальчишки с легкостью. По сути, он теперь мог сказать что угодно. Лекарь глянул на мужа и молча вышел из шатра. Альфу ждали дела, да и вообще хотелось побыть одному. Феофил не понимал, что происходит с Энджи. Казалось, он будто закрылся, хотя. Даже не так. Лекарь кожей чувствовал какое-то нездоровое равнодушие мальчишки, которое больно кололо.
Феофил пошел к Арену и Кайлину, проверить, как себя чувствует беременный омега. Мальчишка в это время сидел на коленях у Арена, тесно прижавшись к его груди.
- Как ваши дела? - лекарь вошел в комнату и сел напротив.
- Прекрасно, - Кайлин светло улыбнулся и поцеловал мужа, - Мне никогда не было так хорошо.
- А ты, Арен?
- Да... - вождь, казалось, был в каком-то другом измерении, - Ты пришел осмотреть Кайлина?
- Нужно проверить, что там волчата, я его пощупаю.
- Мне уйти? - Арен пересадил Кайлина на постель и поднялся.
- Лучше уйди, а то заревнуешь... - Феофил, как ни странно, не шутил, зная, что вождь не всегда отличался здравым смыслом. Впрочем, как и он сам. Арен повиновался, а Кайлин, уже давно переставший стесняться лекаря, быстро разделся.
- Какая у нас пузяка... - альфа любовно провел ладонью по чуть заметному животику Кайлина и улыбнулся, - Что-нибудь болит, беспокоит?
Феофил начал слушать омегу, щупать, надавливать, спрашивая, больно ли тут или здесь.
- Всё хорошо, я прекрасно себя чувствую, я счастлив, - омега улыбался, думая об Арене, которого, правда, хоть и влюбленного, радостным не видел, - Мой муж меня любит, представляешь?
- Да, я рад за вас, - напоминать о проклятии Кайлину не хотелось. Тем более, что если всю беременность мальчишка будет находиться в хорошем расположении духа, то, скорее всего, волчата родятся здоровыми.
- А как дела у вас с Энджи? - Кайлин вспомнил, что пара делала всё возможное, чтобы омега забеременел, но чувствовал, что видимо всё оказалось напрасным.
- Так... Как всегда, - Феофил отвел взгляд, - Он не сможет забеременеть, всё напрасно. Остается только смириться с этим.
- Ты же не осуждаешь Энджи? - Кайлин был очень чуток, поэтому сразу понял по настрою лекаря, что в их семье мир нарушен.
- Знаешь, я понимаю, что он не виноват, но... Я злюсь, - Феофил скривился, не зная, как точно выразить свои мысли, - Хотя, я не знаю, на кого именно мне надо злиться. Но ведь кто-то должен быть виноват, - альфа поднялся, - Можешь одеться.
Кайлин с тревогой слушал Феофила.
- Но никто не виноват. Война виновата...
- Я знаю! - лекарь опустил голову, - Проклятая война! У меня так и не будет наследников, а я стар, и мне неоткуда их взять. И ты не понимаешь, я многое бы отдал, чтобы держать на руках собственного сына. Но у меня этого нет и никогда не будет, не будет!
- Тише... - Кайлин оделся и подсел к сидящему на кровати Феофилу, - Мне так жаль, что у вас ничего не получается, - мальчишка аккуратно прижал голову лекаря к себе и начал гладить альфу по волосам, - Но не обвиняй Энджи, ведь он тоже детей хочет, просто ему страшно в этом признаться, он боится, что ты ему не поверишь.
- Энджи отличный любовник, а вот какой из него папа получился бы, роди он волчонка, я не знаю. По-моему, он не создан для отцовства. Ты - создан, а он - нет.
- Ты за него решаешь сейчас. Но откуда тебе знать, ведь у Энджи никогда не было детей, - Кайлин посмотрел в глаза Феофилу.
- Когда он был беременный, отцовский инстинкт у него так и не проснулся.
- А ты был на его месте? - Кайлин всплеснул руками, - Откуда ты знаешь, что ему довелось пережить? - глаза омеги горели, - Как тебе не стыдно. Ты только осуждаешь его и унижаешь. А он необыкновенный.
- Был бы он обыкновенный, я бы на нем не женился, - Феофил поднялся, - Удачи, Кайлин. Если вдруг почувствуешь какое недомогание, бегом ко мне.
- Хорошо, - мальчишка сел на постель и задумался. Ему был глубоко симпатичен лекарь, но его гордыня, принципиальность и желание осуждать других портили всё впечатление. Нужно было зайти к Энджи, но тут в комнату зашел Арен, и Кайлин тут же забыл, что хотел сделать.

URL
2013-11-13 в 12:08 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
Часть 31. Побочный эффект

Наркотик действовал безотказно, и Энджи стал привыкать к этому ощущению - ощущению эйфории и равнодушия. Еще он перестал замечать настроение Феофила, который, безуспешно гадая, что происходит с мужем, уже почти что с ним не разговаривал. Но худшим для омеги было то, что каждое "пробуждение" погружало его глубже и глубже в депрессию, омега путался в сетях отчаяния, но поделиться этим с мужем не мог. Энджи готов был бороться за свое семейное счастье, если бы это было в его силах. Но он понимал, что детей не будет, и что теперь, рано или поздно, счастливой жизни с Феофилом придет конец, или уже пришел.
Лекарь же раздражался на мужа, за его равнодушно-хорошее настроение с утра до вечера, за ненужную болтовню, за странные вопросы и обрывки фраз ни к селу, ни к городу. Иногда альфе приходило в голову, что мальчишка помешался. Но верить в это не хотелось.
Прошло четыре дня. Оборотни отмечали праздник - приход лета. Феофил не знал, стоит ли идти. Ему не хотелось, но статус требовал присутствия такого важного члена племени, как он. Энджи идти на праздник хотелось еще меньше. Казалось, листья перестали помогать. Тоска снова подкрадывалась, и тогда мальчишка увеличил дозу в два раза.
- Энджи, идем, - Феофил смотрел на мужа, уже перестав его окончательно понимать, - У тебя какой-то бессмысленный взгляд. В чем дело?
- Ни в чем, всё как всегда, - мальчишка вышел из шатра, стараясь не смотреть на альфу.
Когда праздник был в самом разгаре, омега почувствовал себя странно. На какой-то момент он не понял, где находится, сколько ему лет и что он должен сейчас делать. Единственной ниточкой, которая не давала ему окончательно потеряться в закоулках затуманенного сознания и связывала с окружающим миром - это был Феофил. "Это мой альфа, мой муж..." - билось в голове Энджи, которого вдруг стали пугать горящие факелы, шум, звон состязаний... Арен и Кайлин были заняты друг другом, но про них мальчишка и не помнил. Энджи подошел к мужу, который стоял чуть в стороне от шума, облокотившись о дерево и обнял его, начав целовать в губы. Феофил ответил, однако особенно увлекаться не собирался - вокруг была куча народу, которую, как на зло, Энджи как будто не замечал, сосредоточившись на своем альфе.
- Я хороший муж, я хочу быть хорошим мужем, - шепот Энджи был похож на бессвязный лепет, его влажные поцелуи возбуждали, но лекарь чуть отстранил мальчишку.
- Давай не тут...
- Почему? - Энджи опустился на колени и запустил руку под одежду альфы, тут же начав вытаскивать член, - Я доставлю тебе удовольствие...
- Ты с ума сошел! - Феофил с ужасом посмотрел по сторонам, видя, как несколько оборотней с нездоровым интересом смотрят на эту сцену, - Не смей!
Лекарь оттолкнул омегу, отчего тот завалился назад, непонимающе глядя на мужа.
- Я тебе перестал нравиться?
- Ты идиот! Ты не понимаешь?! - Феофил поднял Энджи, намереваясь отвести его в шатер и серьезно поговорить, но тут к альфе подбежало несколько человек: при состязании один из оборотней нанес рану другому, и нужно было оказать медицинскую помощь. Феофил недовольно вздохнул, но выбора не было. Пришлось оставить омегу, в адекватности которого муж начал сомневаться.
Энджи не понял, что оборотень куда-то ушел. Он ходил по опушке, кусая губы, всматриваясь в широкоплечие фигуры соплеменников, размышляя, что кто-то из них - Феофил. Вот только кто? Наконец, одна из фигур двинулась ему навстречу.
- Не скучай...
Энджи хлопал зелеными глазами, пытаясь усилием воли согнать с себя пелену дурмана. Но альфа, который на самом деле к мальчишке не имел никакого отношения, расценил это по-своему.
- Давай отойдем, идет?
Мальчишка кивнул, теперь твердо уверившись, что это муж. Когда пара вошла в чащу, альфа провел языком по шее Энджи и надавил ему на плечо, заставляя встать на колени. Тот всё понял и повиновался. Оборотень, не долго думая, вытащил свой член и провел им по губам мальчишки. Тот тут же взял в рот, единственно, отметив про себя, что размеры органа непривычно малы.
Энджи старательно отсасывал, постепенно понимая, что от растущей тревоги и ужаса хочется кричать в голос. Это был не муж... Омега остановился и поднял глаза, когда за спиной услышал голос Феофила.
- Так вот ты как развлекаешься... - Энджи выпустил член изо рта и повернулся, тут же рухнув от сильного удара в челюсть. Следующим движением Феофил вытащил из ножен меч, раздумывая, кого убить первым. Альфа тоже вооружился, правда, драться не был настроен, а умирать тем более.
- Перестань, Феофил. За убийство ты сам знаешь, что тебя ждет. Тем более, ты не докажешь, что тут была измена...
- А мне плевать! - лекарь кинулся на альфу. Завязалась стычка. Оборотни дрались ожесточенно, пока, наконец, оба не выдохлись. Энджи сидел на коленях молча, держась за голову. Он не сразу понял, что именно произошло. Точнее, понял, головой, а теперь от полного осознания холодела вся его сущность. Альфа-обидчик вдруг резко присел, сделав подножку лекарю и, воспользовавшись, что Феофил на какое-то время потерял равновесие, скрылся во тьме.
Лекарь прошептал проклятие и вернулся к Энджи, который так и сидел на коленях, на том же месте. Феофил коснулся мечом шеи мужа, но тот даже не пошевелился, продолжая крупно дрожать. При свете луны было хорошо видно сгорбленную фигуру мальчишки, который не смел поднять глаза на мужа.
- Боишься? - клинок поблескивал в темноте, готовый в любую секунду перерубить тонкую шею.
- Убей меня. Я заслужил, - Энджи говорил очень тихо, сжавшись и дрожа.

URL
2013-11-13 в 12:08 

Дмитрий Крамер
я вновь и вновь искал, держа в руках фонарь, при свете дня…
- А говорил, что любишь меня, - Феофил произнес это с горечью и гневом. Он убрал меч, поднял за шиворот мужа и потащил в шатер. Энджи повиновался. Он молчал, не пытаясь оправдываться, а у лекаря были сотни слов, которые он хотел сказать мальчишке, но они все замерли на устах. Он не знал, как и что сказать Энджи. Мальчишка ведь говорил, что любит. Зачем было лгать?
Феофил бросил мужа на пол. Он уже придумал сотню наказаний для омеги, самые ужасные мучительные пытки, но сейчас... Будто что-то его подкосило. Он сел на кровать и замер. Руки опустились.
- Я даже убить тебя не могу. Я верил тебе, Энджи, понимаешь? Я ведь верил, - альфа закрыл лицо руками, - Я думал, что ты бросил свои привычки. Что все твои гулянки были из-за того, что так неудачно сложилась твоя жизнь, и что сейчас всё поменялось, что ты стал другим...
Омега сидел на полу и молчал, глядя в пол.
- Но я сам виноват, взял в дом шлюху. Зачем же я удивляюсь, что однажды застал эту шлюху за отсасыванием чужого члена? - Феофил поднялся, по пути снимая талисман, - Я не буду тебя убивать, Энджи, не буду наказывать. Живи как хочешь.
Талисман упал перед омегой. Мальчишка хотел остановить мужа, но альфа уже покинул шатер, оставив Энджи в одиночестве. Омеге казалось, что он медленно опускается на дно какого-то озера, захлебываясь. Только захлебывался он слезами. Мальчишка сидел без движения минут сорок, рассматривая талисман Феофила и не видя его. Потом он достал из карманов листья, которые жевал в последние дни и кинул на пол. Как жить дальше, он не имел никакого понятия. Феофил его оставил, бросил. И, самое главное, он был прав. Тысячу раз прав! Энджи подвел его, обманул. Омега, пошатываясь, поднялся и полез в свой сундук, где наткнулся на несколько фигурок. Они были такие же, как и в тот момент, когда Энджи их вырезал. Такие же серые. Не зная зачем, он вытащил их все и положил на пол рядом с талисманом. Вот он, символ разбитой жизни Энджи. Отсутствие мужа, бесплодие, одиночество. Мальчишка взял одну из фигурок, поглаживая ее, потом снова положил на пол. Они теперь бесполезны. Всё бесполезно. Омега вспомнил Вильгельма и грустно усмехнулся, затем нашел веревку и сделал петлю. Казалось, он был как во сне, как в тумане. Мальчишка смотрел на горку из фигурок, на талисман, на разбросанные по полу листья, на пустой шатер. Поднявшись на табурет, омега повязал на перекладине сделанную петлю и просунул туда голову.
Феофил, который решил, что переночует в лесу, уснуть не мог. Он лежал на мху и думал об Энджи. Лекарь был и сам удивлен, что не проклинал его, не ненавидел. Ему просто было больно, больно до тошноты. Внутри всё переворачивалось. Зачем Энджи полез отсасывать этому альфе? Лекарь не понимал мужа. Ну захотел погулять, но ведь мальчишка умный, опытный, имел добрую сотню партнеров, и неужели он не нашел способ, как сделать это тихо и без шума? Зачем попадаться?
Лекарь сел на землю. Волнение возрастало, он вспомнил, как в последние дни вел себя муж. А если он тихо помешался из-за неудачи с беременностью? Ведь всё началось с того самого скандала. Феофил похолодел. А чем Энджи сейчас занят? Ведь он тогда сказал: "Убей меня". А если...
Лекарь вскочил и побежал к шатру, так быстро, как только мог. Сердце колотилось всё сильнее, тревога душила.
Ворвался Феофил в шатер вовремя: Энджи стоял на табурете, готовый в любую секунду выбить его из-под ног. Лекарь резко остановился, сглотнув, но не успел ничего сказать, как муж, безучастно посмотрев на альфу, отпихнул опору. Петля натянулась, но задохнуться Энджи не успел. Феофил схватил мальчишку за бедра и быстро перерезал веревку, спустив омегу на пол. Лекарь тяжело дышал от волнения, его колотило, руки дрожали. Он стянул с шеи мальчишки удавку и провел пальцами по щеке.
- Ну зачем же ты, зачем?
Энджи смотрел в лицо мужа, на котором отображалась смесь отчаяния, безумия и ужаса. И глядя на это лицо, омега понимал, что его смерть Феофил, наверное, не пережил бы.
- Я виноват, и ты меня бросил. И детей у меня быть не может... - омега отвел глаза, - Я никому не нужен. Я виноват...
- Нет, прости, я не должен был тебя бросать, это неправильно. Я же обещал, что не брошу, а сам... - альфа притянул к себе Энджи и обнял, прижав к груди, - Скажи мне только, зачем ты мне решил изменить, почему?
- Я перепутал его с тобой, - омега затих, но альфа молчал, хотя и явно не понимал, как такое могло произойти. Но Феофил готов был принять любую версию, которая бы оправдывала мужа, - Я в последние дни жевал листья, от которых мне было весело... Только я что-то забывал постоянно, путал... Но мне казалось, что так будет лучше.
- Что за листья? - голос Феофила дрогнул.
- На полу лежат, сзади тебя.
Лекарь повернулся и тут, наконец, увидел листья, рядом с деревянными фигурками, которые заметил не сразу. Лекарь узнал это растение, затем взял в руку вырезанного Энджи младенца и начал рассматривать.
- Что это?
- Это для обряда... - омега заплакал, - Я пытался наколдовать детей нам, но не получилось. Фигурки должны были перекраситься, но они все так и остались серые.
- А зачем ты листья жевал, Энджи?
- Чтобы забыть, что ничего не получилось...
- Мальчик мой, - Феофил поцеловал омегу в уголок губ, теперь понимая, почему тот вел себя так странно в последние дни, - Пожалуйста, не делай больше того, что ты хотел сделать сейчас. Не бойся, я не брошу тебя. Я ведь тебя люблю, просто мне было очень больно от мысли, что ты нашел кого-то лучше чем я.
- Я не нашел, - Энджи замотал головой, - Я действительно не понял, я перепутал...
- Верю. Пожалуйста, - Феофил не выпускал из рук своего беспутного мужа, - Не ешь этой гадости больше и всегда всё мне рассказывай. Обещай мне.
- Обещаю, - омега смотрел преданными заплаканными глазами на альфу, не веря, что тот смог его простить. Но Феофил действительно его простил, он не мог поступить иначе. Альфа взял на руки мальчишку и перенес на кровать, устроившись рядом.
- Теперь постарайся уснуть, Энджи. А завтра я уберу эти фигурки, чтобы ты больше не думал об этом. Хорошо?
- Да, - омега кивнул и обнял мужа. Похоже, лекарь действительно любил мальчишку.

URL
   

Листья

главная